• »
  • "«Летучая мышь» вновь засияла на оренбургских подмостках", Оренбург, РИА «Оренбуржье» 17.04.2017

"«Летучая мышь» вновь засияла на оренбургских подмостках", Оренбург, РИА «Оренбуржье» 17.04.2017

Оренбургский театр музыкальной комедии представил долгожданную премьеру. Вновь на сцене театра – шедевр классического наследия, оперетта Иоганна Штрауса «Летучая мышь». Постановку осуществил Денис Радченко, художник-постановщик – Светлана Ныч, дирижер-постановщик – Валерий Попов.

В качестве рецензии RIA56 предлагает своеобразное перекрестное мнение двух любителей жанра оперетты, один из которых будет поименован как СВОЙ (поклонник оренбургского театра, долгие годы следящий за его работами) и ЧУЖОЙ (любитель классической оперетты, который посетил спектакль нашего театра впервые). Их мнение о спектакле предлагается вашему вниманию.

СВОЙ: Наконец-то! В Оренбургский театр вернулась классическая венская оперетта. Не могу сказать, что «Летучая мышь» редко шла на наших подмостках. Даже в последнее десятилетие выходили постановки этого шедевра Штрауса-сына, например, в постановке Вячеслава Добровольского. Но, признаюсь честно, особенного впечатления тот спектакль не произвел. И когда я узнал, что новую постановку готовит Денис Радченко, то искренне порадовался за театр. Потому что, этот режиссер и актер одновременно (что не так уж часто встречается в оперетте), вызывает у меня огромную симпатию и уважение. Его постановки и актерские работы меня всегда впечатляли. И, поскольку в предшествующих премьере интервью Денис говорил, что спектакль будет поставлен в классических традициях с использованием либретто Н. Эрдмана и М. Вольпина, я ждал спектакля с нетерпением.

И ожидания мои оправдались. Спектакль получился ярким, праздничным, остроумным. Оркестр под руководством Валерия Попова звучал великолепно. А это ведь совсем нелегкая для исполнения музыка, только в одной увертюре звучит столько блистательных  тем, которые в дальнейшем найдут свое развитие в ткани спектакля, что исполнить это музыкальное волшебство могут только профессионалы высокого класса. И они в оренбургском театре есть, за что огромное спасибо дирижеру.

Далее – актерские работы. Они также хороши, тем более, что в спектакле есть что играть в драматическом плане, и есть что петь в плане вокальном. Обратимся сначала к женским партиям, ведь именно героини – богатая красавица Розалинда и её шустрая служанка Адель – являются главными движущими силами постановки. Сразу приношу свои извинения за то, что буду оценивать только один состав исполнителей.

Итак, в роли Розалинды, очаровательной хозяйки богатого дома, которая свято верит в то, что её муж Генрих не способен на измену, выступила прима нашего театра Светлана Алексеева. Сразу скажу, что с вокальной стороны претензий к ней нет никаких. Учитывая, что  эта партия весьма сложна, буквально на уровне оперного вокала, Алексеева справилась с ней безупречно. Актерски она также выполнила свою задачу, создав образ во многом наивной женщины, живущей в «розовых» очках святой веры в безгрешность своего супруга. Когда же эта вера оказывается сильно поколебленной, то возникает вторая Розалинда – обольстительная мстительница в сверкающем костюме «летучей мыши» на бале-маскараде.

Служанка Адель, мечтающая вместо фартука примерить на себя костюм театральной актрисы в труппе господина Фалька, являющегося другом хозяев дома, где она служит, предстала в исполнении Анастасии Горовацкой. Здесь остановлюсь и скажу несколько слов о превратностях театральной судьбы. Ведь изначально Настя пришла в театр в качестве балерины, и так бы и оставалась в этом качестве, если бы старшие товарищи не услышали, что у юной танцовщицы есть еще и неплохой голос. Учеба в институте искусств развила вокальный талант Насти, и теперь она с полным правом является солисткой-вокалисткой.  Адель в её исполнении – очаровательна. Она в равной степени хороша и как актриса, и как певица, а уж  в танце – так просто неподражаема.

Теперь об исполнителях мужских партий. Главный герой – Генрих Айзенштайн в исполнении Павла Бедарева являет собой типичного легкомысленного  господина, который, устав от преданной любви супруги, ищет развлечений на стороне. В знаменитой сцене обмана в первом действии, когда цепочка несуразностей в его рассказе о неудачной охоте, приобретает поистине катастрофический характер, Генрих в исполнении Бедарева умудряется не потерять своего лица как верного мужа, и только случайность позволяет Розалинде узнать правду о его похождениях. В сцене на балу Генрих в костюме пушистого кота полностью соответствует характеру персонажа. Его попытки приударить за прекрасной незнакомкой, в которой он упорно не узнает свою жену, вызывают в зале добрый смех и даже некоторое сочувствие.

Роль директора театра Фалька исполнил молодой артист Денис Дрючин. И, хотя по возрасту он несколько моложе своего героя, но артист вполне справился с ролью некоего провокатора для действий своего друга Генриха, направленных, в первую очередь, на поиски приключенийс целью не закиснуть в семейном болоте.

Еще один герой – Альфред, юный поклонник Розалинды, который так и не добился от нее ответных чувств. Эту роль исполнил молодой солист театра Александр Попов, недавно удостоенный главной губернаторской премии «Лучшая роль года» за главную роль в мюзикле «Дубровский». Так вот, с полной ответственностью говорю, что Попов – это новое яркое имя в оренбургском театре. И в плане драматической игры, и вокала он на высоте.

ЧУЖОЙ: после стольких дифирамбов мне трудно вступать в разговор о спектакле. Но, поскольку мой оппонент так искренне любит оренбургский театр и его актеров, что иногда не замечает очевидных недостатков, то мне, человеку со стороны, будет легче это сделать.

С чем, правда, соглашусь безоговорочно, так это с оценкой оркестра под руководством Валерия Попова. Оценка моя – четыре с плюсом, причем до полной пятерки рукой подать.

Теперь – сама постановка. Приятно, что на оренбургской сцене она идет с русским текстом Эрдмана и Вольпина. Лучшего, право же, у нас никто не придумал. Но что мне показалось странным, так это то, что в знаменитой сцене «вранья» про собаку Шульца по имени Эмма, текст, всегда вызывающий гомерический хохот зала, в этот раз прошел под обычное хихиканье, да и то, не на протяжении всей сцены. Текст устарел, скажете? Да ничуть – он неподвластен времени. Просто, на мой взгляд, у оренбургских артистов получилось все громко, шумно и не очень вразумительно. Неискушенный зритель просто не смог уловить нюансов этой почти детективной истории из-за, извините за тавтологию, отсутствия нюансов актерской игры. И вообще, складывалось впечатление, что мы смотрим старое-старое кино, с преувеличенно громкими диалогами, фронтальными жестами и полным отсутствие психологической работы актеров. Вы можете возразить – это же не психологическая драма, а оперетта, здесь все немного преувеличено, укрупнено. Да, но времена меняются, и даже в оперетте необходимы современные режиссерские тенденции. Вот помню, смотрел я «Летучую мышь» в Киевской оперетте в 1968 году…

СВОЙ: Э-э-э, батенька, вы еще вспомните довоенные постановки! Не о том, сейчас речь!

ЧУЖОЙ: прошу прощения, задумался. Давайте вернемся к сцене бала-маскарада у князя Орловского. Многие зрители удивились, увидев и услышав в партии русского мецената женщину, примадонну театра, Наталью Чепенкову. Не все знают о том, что изначально у Штрауса эта партия была написана для женского голоса, и, поскольку первоначальное либретто сильно отличалось от нынешнего, то в тексте Эрдмана появился русский князь Орловский, и для него был придуман вставной номер, знаменитая ария «Друзья мои, я очень рад, что вы пришли на маскарад…». Так вот, в постановке Дениса Радченко этой арии нет, а князь Орловский оказался женщиной, да еще в костюме змея-искусителя, при  первом появлении разбрасывающего райские яблоки направо и налево. Ассоциация довольно прямолинейная, но зато полностью отвечающая режиссерской концепции. И вообще, сцена на балу, на мой взгляд, самая удачная. Здесь все на своем месте: и солисты, и массовка.

Финал же спектакля, сцена в тюрьме, вновь вернула меня к старому кино. Уж извините…

СВОЙ: Нет, все-таки полезно иметь в собеседниках этакого критикана, как-то бодрит, не допускает самолюбования. Но если подводить итоги, то стоит сказать о том, что любой премьерный спектакль не имеет морального права на полноценную рецензию, потому что он только-только начинает жить и судить об актерских работах или режиссерском решении пока рано. Надо, чтобы постановка утвердилась, укрепилась, актеры привыкли к мизансценам. Все это впереди, а пока мы очень рады, что в репертуар нашей Музкомедии вернулась блистательная «Летучая мышь», и что Денис Радченко не испугался проблем и нестандартных решений и поставил настоящий спектакль-праздник.