• »
  • Корреспондент ВЕСТИРАМА побывала на пресс-конференции с авторами мюзикла "Три мушкетёра"

Корреспондент ВЕСТИРАМА побывала на пресс-конференции с авторами мюзикла "Три мушкетёра"

"Оренбург посетили создатели мюзикла «Три мушкетёра»" Светлана Рычина, ВестиРама.ру 08.10.2017

Светлана Рычина

В театральной жизни Оренбурга произошло уникальное событие. Наш город посетили сразу три создателя кинофильма и спектакля «Три мушкетёра»: поэт, прозаик, драматург, лауреат Государственной Премии им. Булата Окуджавы Юрий Ряшенцев, народный артист России, художественный руководитель театра «У Никитских ворот» Марк Розовский и народный артист России, композитор Максим Дунаевский

Именитые гости посмотрели премьеру этой постановки в Оренбургском театре музыкальной комедии, а перед тем ответили на вопросы журналистов. В пресс-конференции участвовал режиссер-постановщик «Трёх мушкетёров», худрук Нижегородского камерного театра им. Степанова, заслуженный артист России Сергей Миндрин.

Максим Дунаевский: «"Трёх мушкетёров" я не читал»

– Мушкетеры выдержали такое количество постановок, что нас ничем не удивить, но все-таки я приехал в Оренбург удивиться. Иногда, не скрою, удивление бывает неприятным. Недавно видел премьеру «Трёх мушкетёров» в болгарской Варне. Это было удивительно плохо! Болгары не умеют ставить мюзикл категорически. Но было мило, они старались.

Оренбургский театр музкомедии на подъёме. Заметил это, даже не посмотрев ни одного спектакля. Думаю, свежее дыхание в жизнь театра вдохнул его куратор Ким Брейтбург – талантливый композитор, умный человек, который не так давно сам начал работать в жанре мюзикла, и справился с задачей блестяще. Мы втроём оказались здесь отчасти благодаря нему. Конечно, в театре изначально был ресурс, но раскрыл его этот музыкант.

Надеюсь, после сегодняшнего просмотра «Трёх мушкетёров» смогу выразить оренбургской труппе искреннее восхищение.

Воспитает ли постановка в молодых зрителях любовь к литературе, которые считают эту книгу Дюма толстой и скучной? Я и сам «Трёх мушкетёров» не читал. Мне в молодости тоже казалось, что книга толстая и скучная. Я у Дюма читал другие произведения, а до этого не руки не дошли. И прочёл пьесу Марка Григорьевича, чего мне показалось достаточно. Так что о мушкетёрах сужу по нашему кинофильму.

Работалось над музыкой легко. Мы, создавая эту историю, играли в мушкетёров, как мальчишки во дворе. Я вообще не понимаю авторов, которые для придания достоверности погружаются в историю, чтобы узнать, как люди жили в то время, проводят поиски черепков в археологических раскопках.

На эту тему в советское время высказывалась влиятельный критик Мариам Игнатьева. Это необычное имя я на всю жизнь запомнил. Из-за её негативной оценки спектакль или фильм могли закрыть. После выхода на экраны «Трёх мушкетёров» она написала, что авторы, не заботясь об историчности, придумали пошлую, безвкусную комедию. Не говоря уже о песенках, написанных молодым композитором. «Наверняка их никто никогда петь не будет», - писала она.

Юрий Ряшенцев: «Я опасался, что «Три мушкетёра» в Оренбурге не удались»

– Я чувствую себя местным человеком, хотя мало прав на это имею, поскольку родился в Ленинграде, жил в Москве. Во время войны мама привезла меня в свой родной город. Она очень любила Оренбург, сама была родом из села Преображенское Орского уезда Оренбургской губернии. В Чкалове я провел всю войну. Для меня это вторая родина. Но когда я ехал сюда на спектакль «Три мушкетера», то боялся. У меня уже был неприятный опыт. Одна постановка этого спектакля в Москве меня расстроила, настолько вышла неудачной. И вчера перед началом премьеры я вжался в кресло, испытывая опасения. Но в итоге с удовольствием понял, что это правильно поставленный спектакль, в нем нет ничего лишнего. Он стремительный, быстрый, веселый. Главный критерий, который для меня определяет спектакль – актеры радуются, когда играют. Это так видно! Сегодня посмотрю уже с другим чувством. Расправлю плечи и буду получать удовольствие.

Марк Розовский: «Театр – не магазинная витрина»

Оценивать собственный труд нам не пристало. Мы особые зрители, сравниваем личные представления с тем, что сделали другие художники. При этом заинтересованы в бережном обращении. В оренбургской постановке бережное отношение к музыке, стихам. И не совсем бережное отношение к либретто. Местами я узнал свою пьесу. Но может это и хорошо. Любой режиссёр имеет право сделать свою интерпретацию, если не коверкает смыслы. Я сам режиссер. Мне хочется переделать тексты практически всех пьес, кроме чеховских, где ни слова ни убавить, ни прибавить.

В оренбургской версии, как я понял, многие моменты - результат импровизации артистов, что мне близко. А главное, - радость, с которой играют актеры. «Состояние внутреннего ликования», или, переводя на актерский сленг, кураж артистов передаётся в зрительный зал немедленно. Это и есть настоящий народный балаган, а, вы помните, Пушкин говорил, что театр родился на площади. Это праздничное веселье, неостановимая энергия радости увлекает. Она стала редкостью. Наше время рационально, оно зовет к рассудочному искусству, и такого псевдискусства сегодня много. Мы наблюдаем, но не сопереживаем. Мы смотрим на сцену как на витрину магазина. Но театр – не витрина. Он живой, трепетный.

Когда мы создавали «Трёх мушкетёров», то с самого начала договорились о взаимном понимании сути – это история о мужской дружбе, всепобеждающей любви, бессилии интриг перед лицом добра и человечности. И этим роман очень близок российскому менталитету. У нас втроём было послевоенное дворовое воспитание, мы знали, что такое дворовая этика. Так вот если бывал мальчишеский конфликт и тузили друг друга, то только один на один. А сегодня можно всемером бить одного и ногой добивать лежачего. В «Трёх мушкетерах» есть сердечность, которая исконно близка нашему народу. Если это в спектакле есть, то справедливы любые трактовки. Иначе я, как автор первоначального либретто, вскочил бы, и закричал, что нас исказили. Я этого не сделаю, потому что по сути все получилось. Постановка оренбургского театра совпадает с нашим пониманием ценностей, заложенных в первоисточнике.

Теперь я чувствую, что готов поставить «Трёх мушкетёров» в своём театре «У Никитских ворот», чего не сделал за 35 лет - а всего поставил около 200 спектаклей. К этому меня подтолкнула версия Сергея Миндрина. Я возьму за основу своё либретто и как режиссер буду очень строго относиться к авторскому тексту.

Сергей Миндрин: «"Трёх мушкетёров" невозможно испортить»

– Перед тем, как авторы «Трёх мушкетёров» увидят премьеру в оренбургском театре, я чувствую себя как д Артаньян перед его дуэлью с мушкетерами у монастыря Дешо. Не буду уточнять, кто из авторов ассоциируется у меня с благородным Атосом, утонченным Арамисом, энергичным Портосом. Перед дуэлью д Артаньян просит извинения у мушкетеров. Он объясняет, что кому-то может не дать удовлетворения, потому его убьют раньше. Я тоже хочу попросить прощения. Возможно, какие-то ноты будут недостаточно чисто звучать, какие-то фрагменты использованы в неожиданном ракурсе. Но вообще считаю, что есть материал, который не способна испортить никакая режиссура. Нам оставалось следовать энергетике, которая многие десятилетия пробивает толщу равнодушия, заглушающего всё живое информационного потока. Отношения людей, готовых пожертвовать собой за идеалы, которые важнее их собственной жизни – как глоток чистого воздуха. Я думаю, мы уловили это ощущение, и надеюсь, оно достигнет зрителя.