Полная версия сайта

Оренбургский государственный областной театр музыкальной комедии

84 театральный сезон

"«Голубая камея» — украшение театральной афиши" Наталья Веркашанцева "Оренбургская неделя" 24.12.2013

24.04.2016

Семь месяцев назад в Оренбург приехал известный российский композитор и продюсер Ким Брейтбург, чтобы поставить в театре музыкальной комедии мюзикл «Голубая камея», для которого написал музыку. Об этом и о том, как шли репетиции, «ОН» постоянно сообщала своим читателям. И вот, наконец, в минувшую пятницу 20 декабря состоялась долгожданная премьера. 

Перед спектаклем постановочная группа пожелала встретиться с журналистами. Больше того: Ким Брейтбург попросил придти представителей прессы в том же составе и после просмотра, чтобы обсудить историю любви княжны Таракановой и графаОрлова, рассказанную театром. А это говорит о трепетном отношении авторов постановки к своему детищу, что нынче большая редкость.

На афише написано: «Театральная сенсация». И в этом нет преувеличения. Мюзикла, сделанного в лучших бродвейских традициях, на сцене нашей музкомедии еще не было. В такой эстетике оренбургские артисты никогда не работали. И чего стоили эти усилия, можно только догадываться. Коллеги с телевидения, снимавшие первые репетиции, на премьере не узнавали артистов. И не только потому, что те выдавали высокий класс вокального и хореографического мастерства, не узнавали даже внешне. Ведь некоторые исполнители сбросили с десяток килограммов. А как работалось столичным постановщикам с оренбургскими актерами?

— Процесс постановки достаточно регламентирован. Есть определенные этапы, — рассказал, отвечая на этот вопрос, Николай Андросов — режиссер с мировым именем. Этапы четко продуманы. Оставалось только жестким образом довести людей, не имеющих хорошей школы или соответствующего образования, до необходимого сценического уровня. Музыкальный руководитель постановки, педагог по вокалу Валерия Брейтбург до совершенства отрабатывала с артистами вокальные партии. Особо оттачивалась хореография. Были отдельные репетиции мизансцен. В этом смысле работа в оренбургском театре ничем не отличалась от работы в других театрах. Единственное, что можно сказать про ваших артистов: в них чувствуется голод по серьезным, масштабным постановкам. Мне понравилось, что они искренне желали сделать работу высокого уровня. Театр нуждается в таких постановках. Для него это хорошее вливание свежей крови. Плюс к этому спектакль очень оптимистический. Он дает не только зрителям, но и артистам возможность поверить, что в жизни есть место для красивой любви. Очень сильно на зрителя действует музыка — тот самый базис, на котором держится спектакль, — она полна светлых, искренних эмоций, в спектакле много шлягерных мелодий, которые наверняка запомнятся. Это квинтэссенция лучших мелодий композитора. В тех городах, где существует это представление, спектакли идут с переполненными залами. Четыре года спектакль идет с аншлагом в Уфе. С аншлагом сыграли сотый спектакль в Красноярске.

Режиссер убежден, что наш театр не станет исключением. Ведь за полгода была проведена огромная работа. И не только артисты были на высоте, выполняя задачи, которые ставил спектакль, но все цеха и службы — звукорежиссеры, монтировщики, осветители. Они все сейчас в таком тонусе, что если сказать им «будем делать еще пару таких спектаклей», они готовы. Все настроено так, как нужно, считает режиссер. А художник-постановщик Григорий Белов накануне премьеры сказал отдельное спасибо цехам, которые оформили декорации даже лучше, чем он ожидал.

Ким Брейтбург, несмотря на предпремьерное волнение, тоже доволен результатом. В том, что не ошибся с выбором города и театра, не сомневается ни секунды.

— Оренбург город культурный, судя даже по тем фестивалям, которые здесь проводятся, — считает он. — Театр имеет славную историю. Здесь такие люди работали! Достаточно назвать хотя бы имя Соловьева-Седого. И сейчас в театре очень хорошая ситуация. Здесь много молодых актеров. Такое бывает не везде. Чаще всего в театрах работают очень зрелые люди, не хватает молодых. В Оренбурге есть молодые ребята, есть драйв, энтузиазм, желание сделать что-то новое, заявить о себе. Чего греха таить — у театра были всякие времена. Я человек азартный. Одно из положений, которыми я руководствовался, начиная работу над оренбургской постановкой: мне хотелось, чтобы театр полюбили. Здесь работают профессионалы, ничем они не хуже, чем столичные актеры.

Судя по тому, как оренбургская публика принимала спектакль, это желание Киму Брейтбургу удалось осуществить на все сто. Таких оваций, какие обрушивались на артистов после каждой сцены спектакля, стены театра музкомедии уже, пожалуй, и не помнят. Еще бы! Ведь все, от солистов до статистов, играют с огромным воодушевлением, я бы сказала, с упоением. И зрители заражаются этим настроением.

— Какая хореография! — восхищалась в антракте Антонина Лещенко. — Я работала и в нашем музыкальном театре, и в других. Но такой мощной хореографии не видела.

Другие были ошеломлены вокальными партиями. Как прекрасно звучали голоса! Какая замечательная сценическая речь! Понятен и слышен каждый звук, что стало редкостью на сцене даже драматических театров. А какая музыка! С ходу можно назвать шесть мелодий — практически каждая третья, — которые точно станут хитами. Уже в антракте, гуляя по фойе, некоторые напевали: «Вена, Рим и Париж — от любви ты паришь...»

Третьи восхищались сценографией «Голубой камеи»: декорации и костюмы, меняющиеся по пять раз за время спектакля после ставшего нормой нынешней театральной жизни минимализма — праздник для глаз. Будь то Екатерининский дворец, парусник, венецианская таверна или даже казематы Петропавловской крепости. Конечно, стоит это немало, прикинули коллеги. Продюсер и не скрывает: «Бюджет спектакля перекрывает бюджет обычной постановки в четыре-пять раз, а может, и более».

Очень пристально зрительный зал следил за дебютанткой Екатериной Шараповой,исполнительницей главной роли — Елизаветы Таракановой. Она не профессиональная артистка. Студентка экономического факультета Оренбургского аграрного университета, Екатерина успешно прошла кастинг и столь же успешно стала осваивать новое для себя пространство — театральное. Театр, который многие называют террариумом единомышленников, принял ее достаточно дружелюбно. Во всяком случае, ревностного отношения она не чувствовала. Артист театра Иван Спицын, сыгравший роль интриганаШустова, свидетельствует: с Катей было легко работать, она понимает, чего от нее хотят. Она старается. И постановщики подтверждают, что им со стороны было видно, как ребята помогали ей в освоении роли, давали советы. Говорят, редко встретишь, когда пришлых людей так принимают. Чаще бывает по-другому...

По признанию самой Кати, невероятно обаятельного создания, самой большой трудностью для нее, не имеющей ни актерского, ни профессионального музыкального образования, была работа над ролью. Но она ее преодолела, получив огромный опыт, заряд знаний, эмоций, впечатлений. Свой дебют на профессиональной сцене она считает подарком судьбы и самым ярким событием в жизни. Надо сказать, дебют оказался очень успешным. Ее героиня, представшая в спектакле женственной, по-детски непосредственной и совсем не авантюрной, пришлась зрителю по душе.

Проводя кастинг для привлечения в спектакль людей «с улицы», Ким Брейтбург, по его словам, решал две проблемы. Для постановки мюзикла необходимы эстрадные голоса. А у актеров театра музыкальной комедии голоса академические. Поэтому и был устроен народный отбор эстрадных исполнителей.

— Мы их нашли, — говорит продюсер. — Помимо всего прочего, очень важно, чтобы на людей, которые обладают яркими дарованиями — музыкальными, сценическими, актерскими, — обратили внимание. Чтобы они не уезжали из родных мест в поисках счастья, чтобы они здесь были востребованы, чтобы здесь их любили. Где родился, там и пригодился, — для артиста это очень важно. В наше время творческой молодежи очень тяжело. Мы хотим помочь молодым ребятам. Они небогатые, у них нет денег, чтобы купить себе место под солнцем. Мы хотим сделать так, чтобы их оценили за талант. Поэтому ищем новые дарования, вводим их в профессиональную среду. Это и краю на пользу. Это не выброшенные на ветер средства. Все останется здесь. Будет работать на город, область.

По условиям контракта продюсера с театром, спектакль должен идти в течение пяти лет — три-четыре раза в месяц. Билеты будут стоить от 300 рублей до тысячи. Разумеется, дешевых билетов будет немного. Так что хлопотать о них придется загодя, а не в день представления. Еще один вопрос волновал журналистов: без пригляда спектакль разбалтывается.

Ну, во-первых, у спектакля два хозяина, успокоил Ким Брейтбург, — театр и продюсер. И оба заинтересованы, чтобы спектакль подольше держался в нужном качестве и радовал зрителей. Поэтому авторский надзор, контроль со стороны продюсера и всей постановочной группы будет осуществляться «по мере поступления проблем». Вообще раз в год Брейтбург со товарищи бывают в каждом из городов, где идет спектакль — Минске, Уфе, Красноярске. Проводят что-то вроде техосмотра у автомобиля — где-то что-то подкручивают, поправляют, подшаманивают. Будут присматривать и за оренбургской постановкой. Возможно, наведуются и инкогнито.

Об этом мы тоже расскажем читателям «ОН». Думаю, очень интересная история будет, вполне в духе дворцовых интриг «Голубой камеи».